В небольшом католическом монастыре на окраине Сеула сестра Юния уже несколько лет работает с теми, кого церковь считает одержимыми. Она не из тех, кто легко сдаётся. Когда в церковную больницу привезли пятнадцатилетнего мальчика по имени Джунхо, она сразу почувствовала: это не просто тяжёлая болезнь и не подростковый психоз, как уверяет местный капеллан отец Хён.
Мальчик почти не говорит. Лежит целыми днями, уставившись в потолок, а по ночам его тело выгибается так, будто кто-то внутри резко дёргает за невидимые нити. Врачи ставят капельницы, психологи проводят беседы, но ничего не помогает. Сестра Юния уверена: в Джунхо один из тех двенадцати, кого в старых церковных архивах называют сильнейшими. Тех, кого изгоняли веками назад и чьи имена до сих пор произносят шёпотом. Она подала прошение на официальный экзорцизм, но епархия тянет время. Говорят, нужны доказательства. Говорят, эпоха другая.
Тогда Юния решает действовать сама. Ей нужна помощь, и она знает, у кого её попросить. Сестра Микаэла - тихая девушка лет двадцати семи, которая почти никогда не поднимает глаз от пола. Её взяли в монастырь ещё ребёнком после того, как она начала видеть то, чего не видят другие. Голоса, тени, лица, которых нет среди живых. Многие годы Микаэла убеждала себя, что всё это плод больного воображения. Она молилась, чтобы дар ушёл. Но он не уходил.
Юния нашла её в маленькой часовне, где та сидела в темноте перед единственной свечой.
- Ты ведь чувствуешь его, правда? - спросила Юния без предисловий.
Микаэла долго молчала. Потом едва заметно кивнула.
С того дня они стали работать вместе. Днём Микаэла сидит у кровати Джунхо, держит его за руку и просто слушает. Не молитвы, не разговоры - просто тишину, в которой можно расслышать чужой голос. Поначалу она почти ничего не говорила Юнии. Только иногда шептала: «Он не один». Или: «Этот пахнет старым железом и мокрой землёй». Юния записывала каждое слово.
Ночью, когда больница затихала, они вдвоём приходили в палату. Микаэла садилась в изголовье, закрывала глаза, а Юния читала отрывки из старого требника, который хранила под подушкой. Иногда мальчик начинал говорить чужим голосом - низким, с хриплым присвистом. Иногда на стенах появлялись длинные царапины, хотя никто не входил и не выходил. Один раз свет в коридоре мигнул и погас ровно на тринадцать секунд. Микаэла потом сказала, что видела, как тень мальчика отделилась от тела и встала у окна, глядя прямо на неё.
Капеллан отец Хён всё чаще заходит в палату. Смотрит с тревогой, но пока молчит. Он не верит в демонов так, как верит Юния. Для него важнее анализы, разговоры, лекарства. Но даже он уже не может отрицать, что с Джунхо происходит что-то необъяснимое. Мальчик, который две недели назад весил почти пятьдесят килограммов, теперь выглядит как тень самого себя. А по ночам из его горла доносятся звуки, похожие на стаю ворон, которых душат одновременно.
Сестра Юния понимает: времени почти не осталось. Епархия всё ещё не дала разрешения. Но она уже решила - если придётся, она проведёт обряд сама. Без благословения, без свидетелей, только вдвоём с Микаэлой и мальчиком, в котором сидит нечто древнее и очень голодное.
Микаэла больше не прячет взгляд. Она больше не говорит, что ничего не видит. Теперь она просто спрашивает Юнию одну и ту же фразу каждый вечер, перед тем как войти в палату:
- Если мы его не вытащим… кто тогда вытащит нас?
И сестра Юния каждый раз отвечает одно и то же:
- Никто. Поэтому мы идём до конца.
Читать далее...
Всего отзывов
8